Dynamics of National Identity and Transnational Identities in the Process of European Integration. Cambridge, 2008. 508 с.

Динамика национальной идентичности и транснациональных идентичностей в процессе европейской интеграции

В английском издательстве Cambridge Scholars Publishing вышла в свет книга "Динамика национальной идентичности и транснациональных идентичностей в процессе европейской интеграции" по материалам одноименной конференции, организованной отделом балканской этнологии Этнографического института и Музея при Болгарской академии наук. Редактором этого сборника стала Елена Марушиакова, известный специалист по этнологии и культурологии Балкан. Выход в свет сборника продиктован в первую очередь сегодняшними европейскими реалиями, когда вопросы последствий стремительного расширения Европейского союза на Восток для национального самосознания восточноевропейских народов, как титульных наций восточноевропейских государств, так и национальных меньшинств, в том числе Балканского полуострова, получают особое значение.

Последние 20 лет страны Восточной Европы развиваются под знаком интеграции в Европейский союз, и вопрос о "пути в Европу" становится одним из наиболее обсуждаемых как в сферах политики и экономики, так и в сфере культуры. Открытые границы, свобода перемещения людей и капиталов, интенсивные контакты между соседями (в том числе из-за отъезда на заработки за рубеж) породили новые ожидания в обществе, связанные с интеграцией в ЕС.

Цель этой книги составители сборника видят в том, чтобы обратить внимание научной общественности на тенденции изменения национального самосознания и самоидентичности в Центральной и Восточной Европе и формирование нового, транснационального самосознания, в том числе "общеевропейского".

Статьи сборника в основном опираются на теоретические наработки этнологов, историков, политологов, социологов и лингвистов. Такой мультидисциплинарный подход определяется логикой интеграционных процессов в Европе. В восточно-европейской науке традиционно этнологи концентрируются на компаративистских исследованиях, сравнивая национальные особенности, традиционную культуру народов Европы. Напротив, западноевропейские ученые ориентированы "во вне" относительно собственной (и родственных) культур. Как отмечается в предисловии, авторы хотели бы, с помощью теоретического аппарата столь широкого круга дисциплин, предложить новый, комплексный подход к понятиям "нация", "самосознание", "национализм".

В состав сборника вошло около 30 статей ученых из разных стран, как западных (например, Ирландии), так и восточноевропейских вплоть до Армении, находящейся на географической границе Европы и Азии, но которая с распадом СССР также оказалась вовлечена в общеевропейские процессы интеграции.

Сборник можно условно разделить на несколько тематических блоков. К первому следует отнести статьи, посвященные изменениям, произошедшим в самосознании "больших", государствообразующих народов в связи с интеграцией в Евросоюз (статьи Т. Камуселлы, Ю. Марушиака, И. Седаковой, Г. Далипай, М. Талановой, Т. Матосьяна, М. Дечевой, А. Гыса). Ко второму - работы, в которых поднимаются проблемы самосознания представителей титульных наций, живущих за пределами своего государства, исторически или в результате эмиграции, а также проблемы эмиграции вообще и межэтнических контактов (статьи А. Сореску-Маринкович, С. Антовой, Д. Михаил, М. Ибанез Ангуло, А. Ангелиду, Я. Чапо Жмегач, О. Лелай и Н. Бардгоши, З. Бенюшковой). К третьему - работы по теории самосознания (статьи К. Ковальчик, Я. Рыхлика, П. Банковой, Б. Ристовской-Йосифовской, П. Христова, В. Нициакоса, В. А. Фридмана, Р. Попова, Т. Чепреганова). К четвертому - статьи, посвященные судьбе этнических или религиозных меньшинств, не обладающих собственной государственностью (работы

М. Славковой, М. Маевой, М. Карамиховой, Л. Будиловой, З. Малинова, Е. Анастасовой, И. Думиницы, Э. Эроловой, Е. Марушиаковой, В. Попова). Однако это деление остается условным, что естественно при такой широте заявленной темы. Не менее трудно было бы разделить статьи на основе использованного теоретического аппарата: здесь мы видим и социолингвистическую работу И. Седаковой, и историко-этнографическую статью Э. Эроловой, и социоискусствоведческую К. Ковальчик.

В статье Т. Камуселлы "Польша: вынужденный сдвиг от закрытого этнолингвистически гомогенного национального сообщества к мультикультурному открытому обществу" отмечается относительность идеи "этнолингвистической чистоты" и непосредственной связи между языком, нацией и государством на примерах из истории Европы и современных фактов. Сейчас, с одной стороны, этнолингвистически гомогенным государством объявляется Латвия, в которой этнические латыши составляют только 59% населения (с. 3), а с другой стороны, по идеологическим мотивам прежде единый литературный сербо-хорватский язык разделяется на боснийский, сербский, хорватский и черногорский (в связи с результатами недавнего референдума) (с. 4). Но именно в Центральной Европе автор находит 11 из 23 стран, которые отвечают четырем идеальным критериям "чистоты", предложенным им же (все, говорящие на национальном языке, должны жить в одном национальном государстве; никакой язык, кроме национального, не должен быть допущен к использованию на уровне государства; национальный язык не должен быть разделен с другим государством или нацией; в государстве не должно быть автономных регионов) (с. 3). Автор рассматривает историю этнической политики в коммунистической Польше, выражавшейся по большей части в полонизации так называемых "автохтонов" (т.е. славянского не-польского населения) и высылке в ГДР немецкого населения. В заключение своей статьи Т. Камуселла пытается проанализировать перспективы развития Польши и приходит к выводу, что только многонациональная Польша сможет избежать существенных политических проблем в будущем.

Статья "Динамика музыкальной идентичности цыган в Венгрии: теория расовой/ этнической музыкальной идентичности и место цыган в ней" венгерской исследовательницы К. Ковальчик посвящена самосознанию одного из наиболее проблемных в этом плане народов, а именно цыган, а точнее тому, что автор называет "музыкальным самосознанием" цыган. Ковальчик отмечает укорененность в венгерской культуре стереотипа о цыгане-музыканте, призванном развлекать представителей доминирующего этноса. Этот стереотип является одним из факторов, ответственных за появление феномена "цыганской поп-звезды" в современной поп-культуре Венгрии. При этом любопытно, что в последние годы наметилась интересная тенденция: этнически цыганские поп-звезды копируют стиль поведения поп-звезд - представителей другого в прошлом маргинализированного этноса, афро-американцев США.

Как следует из названия, в статье Е. Анастасовой "Валахи в Болгарии: транснациональное сообщество" рассматривается адаптация и развитие как нации этнокультурной общности (валахов-аромунов), не обладающей собственной государственностью и рассеянной по нескольким независимым государствам, что особенно важно в балканском контексте. И хотя обычно формирование новой нации неотделимо от требований какой-либо автономии и права на самоопределение, валашское сообщество являет собой удачный пример мирного и в основе своей бесконфликтного укрепления национального самосознания с помощью региональных организаций, подчиненных государственным, которые в свою очередь интегрированы в вышестоящие общеевропейские структуры.

Крайне познавательна, по моему мнению, статья Э. Эроловой "Границы и идентичность: крымские татары в Добрудже". Автор рассказывает читателю о том, что крымско-татарский этнос делится на три субэтноса: южнобережцы, или ялыбойлу, горцы, или таты, и степняки, или ногаи. Несмотря на существующие до сих пор различия в образе жизни, языке и даже в чертах лица, эти три общности сформировали общую крымско-татарскую народность в течение XV-XIX вв. И хотя формировалась эта народность на территории Крымского п-ва, в результате различных демографических и политических процессов основная часть крымско-татарского народа проживает сегодня за пределами Крыма, в том числе на территории Добруджи, которая разделена между Румынией и Болгарией. Переселение крымских татар в область Добруджи происходило в четыре этапа: после установления вассального подчинения Крымского ханства Османской империи (1476), контроля над Крымом России (1783), окончания русско-турецкой войны 1806 - 1812 гг., когда к

России отошел регион Буджак, где компактно проживали татары, и после окончания Крымской войны (1853 - 1856). Далее автор достаточно подробно описывает результаты полевых исследований, позволивших установить, как сами татары определяют себя и бытование концепта "чистой крови" среди татар Северной и Южной Добруджи. Не меньше внимания уделено краткому, но информативному описанию элементов культуры, наиболее важных для характеристики самосознания татар, т.е. языка, особенностей религии, кухни, обрядов. Таким образом, автор приходит к выводу, что в современных условиях идея Tatarlik ("татарскости") не только не теряет своей популярности, но и активно развивается и поддерживается самими татарами.

Не менее интересна статья Я. Чапо-Жмегач ""Узкие" транснационалы: быть хорваткой по рождению в Германии", представляющая собой пример более "личностного" подхода к проблеме самоопределения. В качестве весьма обширного вступления читателю предлагается ознакомиться с выдержками из интервью, взятого автором у девушки хорватского происхождения, много лет прожившей в Германии. Отмечается, что ее судьба является лишь одной из многих (поэтому это исследование не может претендовать на всеохватность), однако в то же время не уникальна. В заключение статьи Я. Чапо-Жмегач задается вопросом, может ли Европейский союз предложить наднациональную самоидентичность таким людям, которые оказались словно между границами "классических" национальностей? Ответ - нет, так как само понятие "гражданства ЕС" оказывается привязанным к гражданству государств-членов ЕС и, согласно Амстердамскому соглашению 1997 г., является всего лишь дополнительным к "национальному" гражданству. Нельзя быть гражданином ЕС, не будучи при этом гражданином одного из национальных по своей сути государств ЕС.

Работа греческого ученого Д. Михаил "Албанские иммигранты в Западной Македонии: Проблема переосмысления греческого национализма" посвящена тому, как в настоящее время наплыв иммигрантов в Грецию влияет на некоторые аспекты внутренней жизни, неразрывно связанные с идеями греческого национализма. Для мигрантов открываются школы межкультурного образования, которые в целом следуют лозунгу "Один народ - одна религия - один язык" и, таким образом, фактически запускают процесс ассимиляции, не раз успешно проводившейся греческими обществами на протяжении истории. Автор статьи отмечает, что сами иммигранты не только не сопротивляются ассимиляции, но даже приветствуют ее, охотно забывая свои "непрестижные" и чуждые грекам язык и веру, принимают православие и переходят на новогреческий язык. В статье анализируются причины, по которым молодые албанцы, родившиеся в Греции, так легко используют греческий язык даже дома, принимают крещение православного обряда и определяют себя как греки. Помимо базовых экономических причин, автором отмечаются предпосылки к этому в самих идеях албанского национализма, который изначально был в большой степени секуляризован. Это было связано с тем, что сами этнические албанцы исторически могут исповедовать любую из трех основных религий региона и могут быть как мусульманами-суннитами, так и православными или католиками, и идеологи формировавшейся албанской нации не могли это не учитывать. В заключение Д. Михаил говорит о том, что греческому обществу предстоит еще долгий путь поиска более современной, толерантной к меньшинствам идеологии.

В весьма оригинальном, на мой взгляд, исследовании Р. Попова "Религиозные культы разных святых как маркер национальной идентичности" анализируется связь между популярностью культа какого-либо конкретного святого и национальным самоопределением. Например, Параскева Пятница Эпиватская (св. Петка, названная так потому, что была рождена в пятницу - петък (с. 376)), культ которой был основан на культе более ранних римских мучениц и широко распространился по Балканскому п-ву в XI в., затем получила имя Петка Тырновская, позже она также носила имена Болгарская, Сербская и Петка из Ясс, в зависимости от того, где в данный период находились мощи. Во всех этих балканских странах, но в особенности в Болгарии, св. Петка снискала небывалую популярность как защитница семейного очага, домашних животных, помощница по хозяйству. Обряды, связанные с ее культом, обнаруживают много общего с другими "летними" святыми, в первую очередь со св. Ильей. В сербской истории особое место занимает св. Савва Сербский, по народным поверьям, старец с длинной седой бородой, отличавшийся невероятной щедростью, покровитель волков, "собак святого Саввы". В Македонии мы видим целую плеяду локальных святых. Напри-

мер, св. Наум, исцелявший безумие, бывший покровителем медведей, особо популярен в окрестностях Охрида и считается защитником как самого города, так и озера. Отчасти схожую функцию выполняет и св. Дмитрий Солунский для Салоник. Приведенными примерами, конечно же, палитра локальных балканских святых не исчерпывается, и очевидна важность данных культов в культурном наследии Балкан.

Говоря о сборнике в целом, помимо уже упоминавшихся выше актуальности и новаторстве включенных в него статей, следует отметить высокое качество редакторской работы, благодаря которой, как кажется, в сборнике нет ни опечаток, ни прочих огрехов, существенных не столько для понимания материала, сколько для общего впечатления от прочитанного. Как небольшой и, в общем, несущественный недостаток я бы отметил тот прискорбный факт, что примеры из языков, не использующих латиницу, приведены только в транслитерации, а не в исходном варианте вместе с транслитерацией, а это, конечно же, было бы необходимо для сборников подобного типа, ориентированных на широкий круг ученых разных национальных традиций.

Permanent link to this publication: